По состоянию на начало 2026 года за границей из-за войны находится около 5,6 миллиона украинцев — это оценка Центра экономической стратегии, которая стала ориентиром для большинства аналитиков. Чистый отток через подконтрольные пункты пропуска за четыре года полномасштабного вторжения достиг 3,1 миллиона человек, а данные УВКБ ООН фиксируют глобально до 5,9 миллиона зарегистрированных беженцев. Разница между цифрами объясняется разными методиками: пограничники считают физические пересечения, международные организации — статус защиты, включая маршруты через третьи страны.
Эти миллионы — не просто статистика. Это матери, которые везли детей в неизвестность, молодые специалисты, которые искали работу, и целые семьи, пытавшиеся сохранить жизнь. Темпы выезда замедлились, но каждый, кто остался за границей, оставляет в Украине пустую квартиру, незанятое рабочее место и еще одну трещину в демографической ткани страны.
Исторический слой миграции добавляет глубины: до 2022 года за границей уже жило несколько миллионов украинцев трудовой волны. Война лишь ускорила и изменила характер движения — с экономического на вынужденный.
Волны украинской миграции: от заработков к массовому спасению
Украинская эмиграция никогда не была однородной. В 1990-х и 2000-х доминирующим мотивом была работа: Польша, Италия, Португалия, Чехия принимали строителей, сиделок, водителей. По разным оценкам, до 2014 года за пределами страны постоянно или сезонно находилось 3–5 миллионов граждан. После аннексии Крыма и начала войны на Донбассе добавилось внутреннее перемещение и новая внешняя волна — сотни тысяч людей искали безопасности в Европе и дальше.
Полномасштабное вторжение 24 февраля 2022 года открыло шлюзы. Первые недели напоминали стремительный поток: женщины с детьми, пожилые люди, студенты. Границы с Польшей, Венгрией, Словакией, Румынией работали круглосуточно. За первый год чистый отток через подконтрольные пункты составил около 2,2 миллиона — это 72 % от всей четырехлетней цифры невозвращений. Затем волна пошла на спад, но не исчезла. 2023 год принес относительную стабилизацию, 2024-й — новый всплеск из-за энергетических ударов (443 тысячи чистого выезда), а 2025-й уже показал заметное замедление.
По данным Государственной пограничной службы, в 2025 году из Украины выехало 16,1 миллиона граждан, а вернулось 15,8 миллиона — разница составила 290,3 тысячи человек. Это в полтора раза меньше, чем годом ранее.
Такой ритм — то ускорение, то затишье — отражает не только военную ситуацию, но и адаптацию людей. Многие уже имеют жилье, работу, школу для детей за границей. Другие ездят туда-обратно, поддерживая родственников и бизнес в Украине.
Официальная статистика пересечений границы и чистый отток
Пограничная служба фиксирует каждое пересечение. Кумулятивно с начала полномасштабной войны до конца 2025 года на выезд зарегистрировано более 60,4 миллиона пересечений, на въезд — 56,3 миллиона. Разница — более 4 миллионов — примерно соответствует тем, кто не вернулся через западные и юго-западные пункты. Отдельно аналитики добавляют около 277 тысяч человек, которые добрались до Европы транзитом через территорию России или Беларуси.
Вот как выглядела динамика чистого оттока по годам (данные Госпогранслужбы и аналитики Opendatabot):
| Год | Выездов граждан (млн) | Чистый отток (тыс.) | Ключевая особенность |
|---|---|---|---|
| 2022 | более 10 | ~2200 | Первая массовая волна, 72 % всех невозвращений |
| 2023 | ~12 | ~400 | Стабилизация после первоначального шока |
| 2024 | ~15 | 443 | Пики из-за блэкаутов и обстрелов |
| 2025 | 16,1 | 290 | Замедление, больше круговых поездок |
Источники данных: Государственная пограничная служба Украины, аналитика Opendatabot.
Важно понимать: большинство пересечений — временные. Люди ездят навестить родственников, решить вопросы с документами, отдохнуть. Именно поэтому общее количество выездов растет, а чистый отток уменьшается. В 2025 году границу пересекали в среднем 2,7 миллиона раз в месяц — больше, чем в предыдущие годы.
Оценки международных организаций и аналитических центров
Центр экономической стратегии в пятой волне исследования (январь 2026) назвал цифру 5,6 миллиона украинских беженцев за границей. Из них 4 миллиона выехали через западные границы, около 0,3 миллиона — транзитом через Россию или Беларусь, а еще 1,3 миллиона, по оценкам ООН, находятся в России и Беларуси (эти данные не обновлялись с 2023 года и остаются наименее прозрачными).
УВКБ ООН на конец 2025 — начало 2026 фиксировало глобально около 5,7–5,9 миллиона беженцев из Украины. В странах ЕС статус временной защиты имеют более 4,3 миллиона человек (статус продлен до марта 2027 года). Разница между оценками возникает из-за того, что одни источники учитывают только зарегистрированных под временной защитой, другие — всех, кто выехал и не вернулся, включая тех, кто получил другие формы легального пребывания.
Омбудсмен Дмитрий Лубинец в начале 2026 года озвучил еще одну цифру: на консульском учете МИД находится около 8,5 миллиона граждан, а реальное количество тех, кто выехал, может достигать 11 миллионов. Эта оценка включает и довоенную диаспору, и тех, кто не встал на учет.
Наиболее осторожный и в то же время наиболее цитируемый аналитиками ориентир — 5,6 миллиона военных беженцев по состоянию на январь 2026 года по расчетам Центра экономической стратегии.
Куда именно выехали украинцы: география расселения
Европа приняла львиную долю. Германия и Польша стали двумя главными центрами притяжения.
| Страна | Ориентировочное количество | Доля среди беженцев в Европе | Особенности |
|---|---|---|---|
| Германия | 1,2–1,34 млн | 23–29 % | Наибольшее количество молодежи до 35 лет, сильная социальная поддержка |
| Польша | 0,97–1 млн | 19,5–23 % | Близость, родственные связи, более легкий въезд |
| Чехия | ~0,39–0,4 млн | ~9 % | IT, промышленность, высокая занятость |
| Другие страны ЕС + Великобритания, Канада, США | более 2 млн | остальные | Разные программы защиты и диаспоры |
Источники: Центр экономической стратегии, данные Евростата и УВКБ ООН.
Германия привлекает молодежь возможностями образования и работы. Польша остается «первой остановкой» благодаря языковой близости и родственным сетям. Чехия, Испания, Италия, Нидерланды, Ирландия — следующие по популярности. За пределами Европы заметны общины в Канаде и США, где действовали специальные программы приема.
Портрет современного украинского беженца
Исследование Центра экономической стратегии рисует четкую картину. Взрослые женщины составляют 40 % всех беженцев, дети до 18 лет — 31 %, взрослые мужчины — 29 % (их доля за год выросла с 27 %). 66 % — люди трудоспособного возраста. Более половины — младше 35 лет. Большинство — выходцы из восточных и южных областей, а также из крупных городов: Киев, Харьков, Днепр, Одесса.
Отдельный тревожный тренд 2025 года — выезд мужчин 18–22 лет. После открытия границ для этой категории в августе–ноябре чистый отток составил почти 100 тысяч человек — треть всех миграционных потерь года. Это почти каждый седьмой мужчина соответствующего возраста.
Многие уже интегрировались: 1,7 миллиона взрослых беженцев (без учета России и Беларуси) работают на рынках труда принимающих стран. В то же время часть остается уязвимой — низкие зарплаты, временные контракты, языковой барьер.
Почему темпы выезда замедлились, но потери все равно болезненные
Замедление 2025 года имеет несколько причин. Во-первых, большинство тех, кто мог и хотел выехать в первые волны, уже сделали это. Во-вторых, часть людей вернулась или наладила круговые поездки. В-третьих, война продолжается, но привыкание и усталость от переездов тоже играют роль.
Однако каждый новый чистый отток — это потеря. Молодежь уезжает, пожилые чаще возвращаются. Это меняет возрастную структуру населения Украины. Школы в малых городах пустеют, больницы ощущают нехватку кадров, строительная отрасль и IT ищут специалистов.
Экономический эффект двойной. С одной стороны, денежные переводы от тех, кто работает за границей, поддерживают семьи в Украине. С другой — страна теряет рабочую силу и налоговую базу. По оценкам Центра экономической стратегии, невозвращение 2,1–3 миллионов человек может стоить экономике от 2 % до 10 % ВВП ежегодно в зависимости от сценария.
Вернутся ли украинцы домой и при каких условиях
43 % опрошенных беженцев декларируют намерение вернуться. 36 % говорят, что не планируют или вряд ли вернутся. Намерения стабилизировались по сравнению с предыдущими волнами опросов. Почти 80 % тех, кто хочет вернуться, ждут окончания войны и восстановления гражданской авиации.
Центр экономической стратегии моделирует три сценария после завершения боевых действий (без учета России и Беларуси):
- оптимистичный — вернется 2,2 миллиона, за границей останется 2,1 миллиона;
- базовый — вернется 1,6 миллиона, останется 2,7 миллиона;
- пессимистичный — вернется 1,3 миллиона, останется 3,0 миллиона.
Наивысшая готовность вернуться — у тех, кто бежал непосредственно от боевых действий. Наименьшая — у тех, кто уже построил новую жизнь, имеет работу и детей в школах за границей. Польша демонстрирует более высокую склонность к возвращению, чем Германия — вероятно, из-за близости и родственных связей.
После окончания временной защиты в марте 2027 года часть людей будет искать другие легальные статусы, часть рассматривать возвращение, а кто-то останется в серой зоне. Государственная политика возвращения — жилье, работа, безопасность, образование — станет решающей.
Сегодня миллионы украинцев живут между двумя мирами: один — родной, раненый, второй — новый, еще не до конца свой. Каждая семья решает по-своему. Кто-то уже купил билет назад. Кто-то ждет. Кто-то строит жизнь там, где сейчас есть свет и тишина. Цифры 5,6 миллиона и 3,1 миллиона — это не точка. Это точка, с которой начинается долгий разговор о том, как страна сможет собрать своих людей назад.